Страна потеряла сотни миллионов долларов из-за падения добычи соли. Что это – непрофессионализм или саботаж?

Исчезнувший миллиард

Война ведется не только на передовой. На днях в СМИ появились сообщения о планах Путина направить все возможные средства на дезорганизацию экономики Украины, чтобы привести ее к краху. Между тем, дезорганизация уже проходит усиленными темпами. Вопрос только в том, идет ли речь о непрофессионализме или сознательном саботаже.

Пример госпредприятия «Артемсоль» здесь показателен. Крупнейшая в Центральной и Восточной Европе компания по добыче соли в 2014 году уменьшила реализацию своей продукции на треть: недобор в добыче и реализации продукции уже составил около миллиона тонн. Предприятие, чистый доход которого в 2013-м составил более 1 млрд гривен, сейчас (впервые в своей истории!) ведет переговоры о получении кредита.

В чем тут может быть дело? Руководство «Артемсоли» называет сразу несколько причин. Первая и главная из них – война.

Действительно, никто не сможет оспорить факт, что от Соледара, в котором находятся мощности предприятия, до линии фронта 50 км или что в мае он, как и почти вся Донецкая область, оказался под контролем ДНР. В те дни одной из самых громких историй стали бои возле шахты имени Володарского, где рашисты установили блокпост, не давая украинской армии вывезти хранившееся там оружие.

Однако есть никем не оспоримый факт: в мае работа «Артемсоли» не прекращалась ни на один день. Проблем возникли лишь в июне, когда боевики при отступлении повредили часть коммуникаций. Тогда даже возник слух, что взорвано само предприятие, следствием чего стало исчезновение соли с прилавков магазинов в соседних областях.

Но этот ажиотаж длился недолго: коммуникации были полностью восстановлены в течение трех недель. И еще до того на официальном сайте предприятия появилось сообщение: «По состоянию на 24-е июня ГП «Артемсоль» работает в обычном режиме, поставки продукции во все области Украины происходят согласно заранее согласованным планам, потребности потребителей в соли удовлетворяются своевременно и в полном объеме».

По сути, этим сообщением руководство компании само опровергло использование фактора войны как оправдания катастрофического падения реализации соли. Да и логика подсказывает, что 20 дней сложностей с вывозом (не с добычей!) не могут быть причиной сокращения годового производства на треть. Как не может быть оправданием и нахождение в 50 км от линии фронта: к счастью для Соледара, он не подвергается обстрелам еще с середины июля.

Значит, причины нужно искать в другом. Львиная доля падения продаж пришлась на экспорт в Россию, которая в этом году ужесточила требования к импорту из Украины. Однако соли это не коснулось. Да и сложно представить причины, по которым можно завернуть вагон с солью: в отличие от молочной продукции, с ней все просто – она или соленая, или нет.

Падением спроса проблемы тоже не объяснишь: на традиционном для «Артемсоли» рынке средней полосы и юга России просто появились новые торговые марки – из Белоруссии, Казахстана и даже Турции, в значительной степени вытеснившие украинскую продукцию, которая в силу географической близости предприятия дешевле, чем у конкурентов. Опять же, падение спроса на соль ни в Украине, ни в России, ни в любой другой стране просто невозможно: этот товар насколько незаметен, настолько и необходим всегда.

Так что и этот аргумент выглядит слабо. Есть еще один: проблемы с вагонами, необходимыми для вывоза продукции. Но и он сомнителен: все, кто работает на «Артемсоли» не первый год, прекрасно знают: проблемы с вагонами были всегда, и если в последние месяцы (не в военное лето, а мирной осенью) они стали более значительными, причину надо искать в другом.

Кадры опять решают все

Работники «Артемсоли» с ностальгией вспоминают о первом десятилетии XXI века, когда она превратилась в современное и очень прибыльное предприятие, наладившее расфасовку продукции в привлекательной упаковке различного веса. Прибыльность компании не могла не привлечь пришедшее в 2010 году к власти окружение Януковича: поскольку «Артемсоль» как госпредприятие, запрещенное к приватизации, нельзя было украсть, на ней сменили руководство и обложили ее множеством фирмочек-посредников, за которыми (о чем сейчас говорят все, включая нынешнее руководство) стоял один из столпов старого режима Клюев.

В феврале 2014-го, когда власть Януковича рухнула, депутаты Соледарского горсовета во главе с вернувшимся с Майдана представителем «Батькивщины» Романом Махныком обратились в Киев с требованием сменить старое руководство и сломать коррупционные схемы вокруг «Артемсоли».

Требование вроде бы было услышано: гендиректора Дмитрия Доценко вызвали «на ковер» к бывшему министру АПК Игорю Швайке, и он тут же написал заявление. На его место исполняющим обязанности был назначен человек со стороны – экс-руководитель налоговой милиции Краматорска Александр Панченко. Однако вместо улучшения ситуации произошло ухудшение: упали объемы добычи и реализации, а место одних фирм-посредников просто заняли другие, о чем активисты снова стали бить в колокола. К тому же, уже вскоре после назначения появилась информация, что Панченко входит в команду экс-главы МВД Анатолия Могилева.

В Киев «звон колоколов» снова был услышан: в июне гендиректором «Артемсоли» стал Александр Степаненко. Многие на предприятии в тот момент вздохнули с облегчением: новый гендиректор проработал с ними не один десяток лет и был в составе той команды, которая возрождала «Артемсоль» десять лет назад.

Правда, в этой команде Степаненко занимался не производством, а общественной инфраструктурой, будучи известен в Соледаре как директор спорткомплекса; в последние месяцы перед назначением на руководящую должность он был замом гендиректора по связям с общественностью – громкое название, которое обычно соответствует должности начальника пресс-службы. Однако как человек не со стороны он все-таки имел достаточно опыта, чтобы восстановить объемы производства и, сломав схемы, вывести предприятие на прежний уровень доходности.

Команда из-за линии фронта

Впрочем, знали Степаненко в Соледаре и с другой стороны. Уже упомянутый активист «Батькивщины» Роман Махнык и его коллега по депутатскому корпусу, председатель местной ячейки Независимого профсоюза горняков Украины Иван Резниченко попытались донести до Киева информацию о том, что тот самый блокпост у шахты имени Володарского поддерживало предприятие «Память», принадлежащее семье нового гендиректора – в частности, именно оно обеспечило полевую кухню для сепаратистов.

Однако реакции Киева не было. Правда, назначались комиссии для проверки, но их формировал сам Степаненко – и «факты не подтверждались». Больше того, позже свободовский министр АПК Швайка сам приезджал в Соледар, демонстрируя поддержку нынешнему руководству «Артемсоли». А тем временем Резниченко, видимо, оказался кому-то неугоден и в июне пропал без вести.

«Кухонной» историей странности не закончились. Вскоре после своего назначения Степаненко учредил ранее никогда не существовавшую должность исполнительного директора и назначил на нее менеджера донецкого автосалона Дениса Фоменко.

С этого момента на «Артемсоли» начинаются большие перемены. Со своих должностей были уволены многие специалисты, включая главного инженера Анатолия Бирюкова – человека, который летом 2014 года руководил работами по восстановлению уничтоженных российскими оккупантами коммуникаций. Даже сейчас, когда многие работники предприятия молчат из-за страха быть уволенными, на «Артемсоли» уверены: возникшие в последние месяцы сложности с вагонами – следствие увольнения Бирюкова, который был в руководстве единственным человеком, умевшим оперативно решать подобные проблемы.

На смену старым специалистам пришли новые люди, которых Степаненко называет «я и моя молодая команда». Команда действительно молодая и энергичная. Первым делом она вывела на новый уровень пиар-направление, наладив коммуникацию с местными и центральными СМИ. Так была создана новая упаковка, задача которой – создать привлекательную картину для Киева, где происходят назначения. Но что находится в упаковке?

Как рассказывал гендиректор Степаненко, его знакомство с Фоменко произошло на одной из конференций партии регионов. Сам Фоменко был одним из руководителей местной организации «Молодых регионов». Учитывая специфику Донбасса, на это можно было бы закрыть глаза, предположив, что нынешние руководители «Артемсоли» порвали с прошлым. Но: на парламентских выборах работники госкомпании в «добровольно-принудительном» порядке пошли голосовать за экс-регионала Сергея Клюева – брата того самого экс-главы администрации президента, которого нынешние руководители «Артемсоли» сами обвиняют в коррупции вокруг предприятия.

Любопытно и другое: и сам Фоменко, и его «молодая команда» — люди, имеющие донецкую либо горловскую прописку и регулярно ездящие к своим семьям за линию фронта. Сам по себе этот факт – не преступление, но, в комплексе с тем фактом, что при нынешнем руководстве объемы реализации продукции предприятия продолжают падать, нельзя не задаться вопросом: чем является нынешний кризис «Артемсоли» — следствием непрофессионализма «молодой команды», не имеющей опыта работы на производстве, или сознательного саботажа, призванного уменьшить доходы госбюджета, в том числе валютные?

«Артемсоль» ждет перемен

Справедливости ради стоит заметить, что не все сигналы депутатов горсовета Соледара, идущие в Киев, остались без ответа. На днях стало известно, что Генпрокуратура совместно с СБУ начала проверку по возможному содействию сепаратистам со стороны руководства «Артемсоли». Неизвестно, к каким результатам оно приведет, но известен другой факт: гендиректор предприятия Степаненко уже два месяца как срочно ушел на больничный и, как утверждают сотрудники предприятия, «проходит лечение» в Москве.

Тем временем, видимо, неладное почувствовали и в Кабмине, так как в августе правительство приняло решение передать «Артемсоль» из МинАПК в Мининфраструктуры. В ноябре передача наконец произошла. Но исчезли ли после этого коррупционные схемы вокруг украинской соли, на которых страна теряет сотни миллионов долларов? И если нет, то кому сейчас Фоменко несет «откаты»? Яценюку?

Сергей Березин, Национальное бюро расследований Украины